Ялгубские знахари
В Ялгубе, как и во многих северных деревнях, до ближайшего фельдшера могли быть часы, а то и сутки пути. Да и доверия к официальной медицине раньше не было. Поэтому здесь жили свои специалисты, обладающие особым «знанием». Свои знахари и ведуньи, к которым ходили лечить и людей, и скотину, искать пропажу, останавливать кровь — и даже узнавать судьбу. И пусть сегодня кто-то относится к этому скептически, рассказы старожилов и архивные записи хранят десятки историй, где заговоры, травы, иконы и молитвы оказывались сильнее таблеток и уколов.
Самый ранний из известных случаев, когда врачевание в Ялгубе было вознаграждено по-царски, относится к началу XVII века. По преданию, крестьянин Григорий Меркульев вылечил от ран на ногах самого царя Бориса Годунова – «высасывая их языком». За это он и его род были пожалованы особой жалованной обельной грамотой от царя Бориса Федоровича. «Обельный» означало освобождение от всех государственных податей и повинностей – редчайшая привилегия для простого крестьянина.
Так в Ялгубе появилась целая династия обельных крестьян Меркульевых. До начала XX века этот привилегированный статус сохраняли их потомки, образуя отдельное сельское общество. Их особая история – напоминание о том, что искусство врачевания всегда ценилось на самом высоком уровне.
Бабушка Поля
Знахари и ведуны Ялгубы были известны на протяжении столетий, и слава их распространялась далеко за пределы деревни. Самый известный в округе человек такого рода в недавнем прошлом – Павлина, уроженка Костромской области. В народе её называли Полиной или «бабушкой Полей». Она появилась в Ялгубе уже в зрелом возрасте, переехав к дочери во второй половине XX века. Очереди к ней выстраивались с шести утра. Приезжали за помощью не только со всей Карелии, но и из Москвы, Ленинграда, с Дальнего Востока.
Сама Полина рассказывала, что «дар» получила от своей бабушки. И всегда подчёркивала: без креста – никуда. Принимала только крещёных людей, а если человек был некрещёный, просила его сначала покреститься, а потом уже обращаться. Но в целом лечила всех охотно. Например, у маленького сына одной из жительниц начался сильнейший диатез. Бабушка Поля велела взять козьего парного молока и умыть его три раза. Мальчик поправился. Лечила Полина и псориаз, и сглаз отводила, и от пьянства избавляла.
Рассказывали, что к Полине приходили и милиционеры, чтобы найти пропавших людей:
«Бабушка Поля, опять же, она очень много помогала жителям деревни. Сама обращалась. Могла не только вылечить, да, лечила, но она еще… Вот у нас уехали в озеро два брата и потерялись. Но она же показала на карте, где они. Но не смогли достать. Катер видели, при чем катер наш они взяли, у отца моего, «чтобы не тащить, – говорит, – можно мы ваш возьмем?» И, действительно, погружение было, в этом ущелье, у нас же как бы подводные скалы. Катер там есть.»
Магические практики Павлины были подробно описаны японским фольклористом Дзюнко Фудзивара в книге «Заколдованная Наташа: знахарство, колдовство и магия в современной России», вышедшей в Японии в 2010 году.
Лечение радикулита
Помимо Полины в деревне были и другие знахари, которые помогали больше ближайшему кругу: соседям, родным. Например, одна из жительниц вспоминает, как в детстве застала свою прабабушку за лечением радикулита – или, как встарь говорили, утина: больной мужчина ложился на порог, а прабабушка клала ему на спину веник и «крошила его топором», то есть рубила веник на спине мужчины:
«Я видела одного дядьку. Он ложился на порог. И я помню, что веник березовый по спине крошила (топором прабабушка). Ну может я попала в этот момент… И потом я, саму лично однажды принесли со школы на руках, и она (прабабушка) спустилась в подполье, хотя уже плохо ходила, и как-то в печке варила камни, и меня этой… И вот вечером я уже стояла, извините меня, прыгала как это… Я помню, что она эти камни вокруг меня водила, сказала: «сглаз» или еще что-то (у меня было).»
Продолжение – в аудиоверсии.
24 points
6 km
3.5 hours
